Украина–Россия: инициатива на фронте переходит из рук в руки, а война смещается на энергетическую инфраструктуру

Ситуация на фронте

Согласно оценке Института изучения войны (ISW) от 2 сентября, в августе 2026 года Украина вернула не менее 129,81 квадратного километра, тогда как Россия продвинулась на 90,35 квадратного километра; с учётом зон инфильтрации российские приобретения составляют 123,53 квадратного километра. Годом ранее, в августе 2025 года, Россия заняла 505,55 квадратного километра. Как сообщила Kyiv Post 15 сентября, украинская армия впервые открыто подтвердила контрнаступление к северо-западу от Лимана.

Эти данные показывают, что Россия теряет инициативу на поле боя. Однако изменение контролируемой территории само по себе не определяет направление войны. При в целом стабильной линии фронта основное соперничество сторон смещается к подрыву способности противника продолжать войну через экономическую и физическую инфраструктуру. Некоторые детали о ситуации на фронте из первых сводок, например отключения электроэнергии в пяти областях после атаки 174 беспилотников за одну ночь, в доступных источниках подтвердить не удалось.

Фронт энергетической инфраструктуры

По данным Euromaidan Press и The Moscow Times, 1 сентября Украина нанесла удар по комплексу NOVATEK по переработке газового конденсата в порту Усть-Луга в Ленинградской области, на объекте возник крупный пожар. Губернатор области сообщил, что за четыре часа были сбиты 52 беспилотника; это шестая атака на Усть-Лугу в 2026 году. Согласно августовскому докладу CREA, отгрузки в черноморском Новороссийске прекращались девять дней подряд, а за месяц сократились на 58%.

По данным CREA, доходы России от экспорта ископаемого топлива в августе составили 604 млн евро в сутки против 683 млн евро в июле. Средняя цена Urals в августе составила 69,9 доллара, дисконт к Brent — 24%. Россия, в свою очередь, продолжает массированные удары по энергосистеме Украины; по данным ISW, в ночь на 15 сентября было запущено 200 беспилотников.

Расхождение между нарративом и данными

Распространённый нарратив гласит, что санкции отрезали Россию от нефтяных доходов, а Россия наступает на фронте. Данные рисуют более сложную картину. Если в декабре 2025 года цена Urals в Новороссийске опускалась до 34,52 доллара за баррель, то в начале марта 2026 года она превысила 90 долларов: кризис в Ормузском проливе повысил спрос на российскую нефть. 13 марта США предоставили исключение, на 30 дней разрешившее покупку российской нефти, находящейся в море; оценки объёмов варьируются от 80 до 100 млн баррелей.

Иными словами, в период энергетического дефицита санкционный режим был ослаблен теми самыми, кто его применяет, а главным фактором, ограничивавшим российские доходы в последние месяцы, стали не столько санкции, сколько украинские удары по портам и НПЗ. На фронте же Россия не продвигалась, а теряла инициативу. Это означает не снижение эскалации, а её перемещение.

Связь с кризисом в Ормузском проливе

Украинский фронт и кризис в Персидском заливе сходятся на одном и том же нефтяном рынке. По данным МЭА, при снижении эффективных свободных мощностей ОПЕК+ до 0,22 млн баррелей в сутки каждая потеря в российском экспорте нефтепродуктов напрямую отражается на мировом рынке через цены на дизельное топливо. Согласно сентябрьскому докладу МЭА, в начале сентября цены на дизельное топливо превысили 200 долларов за баррель, увеличившись на 94% по сравнению с довоенным уровнем.

Эта связь ставит западных лиц, принимающих решения, перед дилеммой. Ограничение российских энергетических доходов — политически желательная цель, но при закрытом Ормузском проливе уход российских поставок с рынка ещё сильнее поднимает цены. Временное исключение, введённое в марте, — конкретный пример этой дилеммы. Украинские удары по портам тем временем меняют этот баланс на практике независимо от предпочтений Запада.

За чем следить

Перед зимой критически важны три показателя: восстановятся ли данные об отгрузках в российских экспортных портах, какова продолжительность отключений после ударов по украинской энергосистеме и какая судьба ждёт предложение о взаимной паузе в ударах по энергетической инфраструктуре. Заседание ОПЕК+ 4 октября покажет, как производственные решения России отразятся на рынке.